Menu

Новости Самарканда - Samcity.Uz

В Самарканде издан альбом-каталога работ художника Леона Бурэ

  • Опубликовано в Город

Накануне 29-летия Независимости Республики Узбекистан, из фондов Самаркандского государственного музея-заповедника был издан альбом-каталог работ Леона Бурэ. Работа была выполнена в рамках научного проекта «Культурное наследие народов Центральной Азии», реализуемого Международным институтом центрально-азиатских исследований. Руководителем этого совместного проекта является директор Д.А. Воякин, автором и составителем является молодой исследователь М.М.Маликов.

Целью издания является создание представления о малоизученных, прежде не упоминавшийся в научной литературе и практически не выставлявшихся в музейных экспозициях произведениях Л.Л. Бурэ. Каталог направлен на широкое ознакомление с творчеством Леона Леонардовича Бурэ всех интересующихся историей искусства Узбекистана.

Как известно, фонды Самаркандского Государственного музея истории культуры Узбекистана являются настоящим источником знаний для специалистов культуры и искусства по изучению фактов, исторических событий и материалов. К моменту поступления в музей, многие работы Л. Бурэ были в негодном состоянии и позже были отреставрированы. Кроме того, художник не всегда проставлял дату на работах. Факты биографии и творчества Л. Бурэ, изученные по архивным данным, показывают, что в зрелый период, в 30-40-е гг., он параллельно вел педагогическую деятельность, работал в графическом и живописном искусстве, сотрудничал с издательствами. В это время появились работы «Кишлак с рощей за Самаркандом» (1930), «Дорога к Биби-ханум» (1929) и многие другие.

Большая коллекция, более 400 работ живописи и графики, находящаяся в Самаркандском Государственном музее истории культуры Узбекистана, не позволяет длительно экспонировать и выставлять всё наследие Л. Бурэ в связи с ограниченной экспозиционной площадью. Но благодаря настоящему проекту Международного института центрально-азиатских исследований всем заинтересованным лицам предоставляется возможность ознакомиться с творчеством этого художника.

В предлагаемом альбоме-каталоге представлены все работы художника, хранящиеся в фондах музея-заповедника, за исключением находящихся в неудовлетворительном состоянии, а также карикатур и пропагандистских плакатов тенденциозного характера. В издании представлен весь список работ Л. Бурэ, хранящихся в музее.

В 20-е – начале 30-х гг. прошлого столетия в Узбекистане сформировалась уникальная группа художников, внесших огромный вклад не только в сокровищницу национального, но всего мирового искусства XX в. С их именами сегодня принято связывать понятие среднеазиатского авангарда. Искусство этого времени отличается самобытностью пластических достижений художников той эпохи, это одна из самых ярких страниц истории национальной живописи Узбекистана.

Многие произведения этого наследия известны по публикациям в альбомах, монографиях и статьях искусствоведов. В то же время значительная часть этих уникальных произведений хранится в запасниках музейных собраний Узбекистана. Углубленное изучение этого достояния – одна из самых актуальных задач искусствознания на современном этапе.

Творчество заслуженного деятеля искусств Узбекистана Леона Леонардовича Бурэ особенно притягательно уникальной художнической манерой. Живописец «первой волны», он жил и творил в одно время с такими выдающими художниками, как П. Беньков, З. Ковалевская, О. Татевосян, В. Еремян, Усто Мумин (А. Николаев), Г. Никитин, А. Волков.

Л.Бурэ внёс значительный вклад в развитие изобразительного искусства Самарканда, а также в процесс формирования будущего поколения живописцев художественной школы (изотехникум).

При этом историко-культурное значение творческого наследия Л. Бурэ до сих пор недостаточно исследовано: в современном искусствознании нет ни одной монографии, ни одной статьи, где изучалось бы его живописное наследие полностью. В разных источниках по культуре и искусству Самарканда Л. Бурэ упоминается лишь как художник графического искусства. К глубокому сожалению, о его биографии и этапах творчества мы также знаем мало. Часть произведений никогда не экспонировалась, хотя, безусловно, все творения художника заслуживают специального научного исследования, так как раскрывают неизвестные ранее грани его творчества.

Посмотреть воочию и глубже изучить творческое достояние может помочь Самаркандский музей-заповедник, хранящий в своих собраниях значительную коллекцию живописных полотен мастера, когда-то подаренных вдовой художника.

Биография

Леон Бурэ родился 21 июня 1887 года в Самарканде. Отец Леона Бурэ был присяжным поверенным (адвокатом), из чиновников, прибывшим в Самарканд в составе русской армии. С юности он проявлял интерес к живописи. Окончив Самаркандскую прогимназию, сдал экзамены за шесть классов Ташкентского Реального училища. В 1900 году брал уроки рисунка и живописи у художника Гинкула.

Автопортрет 1908 год

Автопортрет 1908 год

В конце 19 века в Самарканде образовалась уникальная художественная среда и возникла редчайшая возможность познакомиться с ведущими мастерами различных школ и направлений.

Обратив внимание на первые успехи в рисовании сына, которому способствовали многие приезжавшие в Самарканд художники, отец Леона в 1904 году отправляет 17-летнего сына на учебу в Москву, где он поступает в частную школу живописи, рисунка и скульптуры Василия Никитича Мешкова. Годы учения Л. Бурэ в Москве совпали с годами русской революции 1905 г., в дальнейшем это повлияло на демократическую направленность творчества молодого художника. Затем в течение пяти лет Л. Бурэ продолжает учебу в Высшем художественном училище живописи, скульптуры и архитектуры при Императорской Академии художеств в Санкт-Петербурге, в графической мастерской Ивана Яковлевича Билибина и батальной мастерской профессора Франца Алексеевича Рубо (1907-1911 гг.). Одновременно он работает в Петербурге по искусству в мастерских «Союза русских художников». Частые посещения мастерской графики И.Я. Билибина, создававшего во время революции 1905 года революционные карикатуры, повлияли и на увлечения молодого Л. Бурэ. Ha каникулы он обычно приезжал в Самарканд, где работал над этюдами вместе с туркестанскими художниками И.C. Казаковым, A.B. Исуповым. Быстрому вхождению Л. Бурэ в художественную жизнь того времени способствовали не только личные знакомства со многими живописцами, но и участие в выставках в Москве, Петербурге и Ташкенте, где экспонировались его городские архитектурные пейзажи. B предреволюционные годы Л. Бурэ уже признанный художник. Его картины приобретали приезжавшие в Среднюю Азию западноевропейские путешественники, ученые, а также музеи и университеты. Л. Бурэ вносил в свои картины настоящее знание местной жизни, что сообщало им правдивость и убедительность.

Автопортрет 1912 год

Автопортрет 1912 год

Педагогическая деятельность Л. Бурэ началась в 1908-м г. Именно с этого времени по 1928-й г. художник давал частные уроки по живописи и графике. Получив образование, он в конце 1911-го г. возвращается в родные края и выступает в зале Самаркандского гражданского собрания со ста карикатурами, разоблачающими мрачные стороны русской действительности, колониальную политику самодержавия, гонения на евреев, взяточничество чиновников, фанфаронство офицеров. За это он был взят под негласный надзор полиции и подвергался неоднократным обыскам и временному аресту. 2 февраля 1913-го г. против Л. Бурэ было возбуждено дело по обвинению в авторстве карикатуры на архитектуру братской могилы, но гражданская прокуратура его оправдала. В 1914-м г. через посредничество американского профессора Осборна Л. Бурэ получил ряд заказов для Нью-Йоркского университета, часть заказов была выполнена. В этом же году Л. Бурэ получает предложение работать для парижской фирмы «Ралле». Оба заказа сопровождались предложениями выезда за границу, однако Л. Бурэ отклонил эти предложения.

Л.Бурэ в круге семьи. 1909 год.

Л.Бурэ в круге семьи. 1909 год.

Следует отметить, что работы Л. Бурэ были приобретены музеями Англии, Франции, США, частными коллекционерами России.

Наступил 1918-й год. Местные художники стали объединяться в коллективы. Л. Бурэ-карикатурист по-настоящему раскрылся в первые годы советской власти, когда перед молодой республикой встали задачи разоблачения врагов, борьбы с пережиткамипрошлого. Сотрудничая в местных газетах и сатирических журналах («Машраб», «Мушфики», «Бигиз»), Л. Бурэ брал на острие пера все, что стояло на пути молодой республики. Проникнутые большим гражданским пафосом, эти рисунки очень разнообразны по своему содержанию. Художник в духе времени заостряет социальные и политические проблемы противостояния новой идеологии старым косным приметам уходящей эпохи. Достается от автора карикатур алчной и невежественной части духовенства, да и в целом – всему тому, что препятствует утверждению современных ему социальных идеалов. C большим знанием местного быта художник бичует пережитки прошлого. Сатирические стрелы Л. Бурэ разят бюрократов, расхитителей народного достояния. Выполненные как рисунки, изредка под крашенные акварелью, карикатуры чаще иллюстративны, но везде отчетливо читается идея художника.

Умение подняться от изображения мелочей повседневной жизни до больших политических обобщений делает карикатуры Л. Бурэ значительным явлением в истории изобразительного искусства Узбекистана первых лет советской власти. В конце 1918-го г. на базе училища, организованного совместно с Л. Вишневским, в Самарканде была открыта художественная школа. Обучение велось по новой программе – не с копирования музейных образцов, а с изучения натуры, на пленэре, поощрялись творческий поиск и индивидуальные особенности.

После распада школы на ее основе возникла студия, в которой Л. Бурэ продолжал преподавать. Позже эта студия переросла в Самаркандское художественное училище – кузницу первых профессиональных кадров Узбекистана. Одновременно Л. Бурэ был организатором целого ряда художественных школ – это Школа труда, Самаркандские художественно-производственные областные мастерские, Художественная школа «ИЗО», Ремесленное училище, Педагогическое училище Туркреспублики «Билим-Юрты».

В 1930-е годы Самарканд был одним из крупных центров художественной культуры, а Самаркандское художественное училище считалось одним из лучших в стране. Здесь активно и плодотворно трудились не только многочисленная плеяда прославленных мастеров народного искусства, но и дружный коллектив одаренных и творчески активных художников, многие из которых внесли весомый вклад в историю узбекского изобразительного искусства.

Л.Бурэ с учениками.

Л.Бурэ с учениками.

С распространением типографского шрифта и книгопечатания в Узбекистане получает развитие и искусство графики. В двадцатые годы в области плаката и журнальной сатирической графики активно работают Л. Бурэ, М. Курзин, В. Рождественский, А. Волков, Усто-Мумин (А. Николаев), В. Еремян. В 1923-м г. Л. Бурэ переходит на штатную работу в редакцию газеты «Пролетари» в качестве художника и литературного сотрудника. В 1924-м г. по инициативе редактора газеты «Зеравшан» Исмаил-Заде и Л. Бурэ было организовано издание красочного сатирического журнала «Машраб», выходившего два раза в месяц. Всего было оформлено 58 номеров «Машраба».

В 1926-27-е гг. Л. Бурэ сотрудничает в журнале Совпрома и Главсоцстраха «Труд» и отчасти в газетах «Кызыл Узбекистан» и «Правда Востока». В это время он создаёт ряд политических плакатов. С 1926-го г. становится членом Ассоциации Художников Революционной России. В 1927-м году участвует во Всесоюзной народной выставке произведений искусств в Москве15. С 1924-го г. Л. Бурэ начал сотрудничать в таджикской газете «Овози таджик», а после ухода из журнала «Машраб» перешёл в редакцию газеты штатным работником, начав там издание первого таджикского сатирического журнала «Мушфики», впоследствии переименованного в «Бигиз» (Шило). В редакции этого журнала Л.Бурэ проработал свыше восьми лет, оформив 61 номер и сотни газет. И только в 1932-м г., будучи очень загруженным уроками в Самаркандском художественном техникуме, ушёл из редакции. Работа в области политической сатиры явилась серьезной школой для Л. Бурэ и пробудила у него интерес к большим, социально заостренным темам. Он неоднократно принимал участие в выставках картин художников Москвы, Ленинграда (нынешний Санкт-Петербург), Ташкента, Самарканда. Персональная выставка, посвященная 30-летию художественной деятельности Л. Бурэ, состоялась в 1936-м г. в Самарканде. В 1939-м г. за творческие заслуги и плодотворную педагогическую деятельность Л. Бурэ было присвоено звание Заслуженного деятеля искусств Узбекистана.

В военные годы коллектив самаркандских художников обогатил свой творческий опыт в общении с известнейшими живописцами, графиками и искусствоведами, прибывшими из крупных художественных центров. Творческая жизнь в Самарканде, несмотря на трудности военного и послевоенного периодов, била ключом: создавались тематическо-жанровые полотна, портреты и пейзажи, открывались многочисленные выставки – персональные и групповые. 30 декабря 1943 года в возрасте 56 лет Леон Бурэ умирает. Его хоронят на кладбище «Центральное» в г. Самарканде. Его скоропостижный конец был причиной различных недоумений со стороны современников.

Так, в своих воспоминаниях Вера Жосан (М.М. – жена художника Варшама Еремяна) в своей книге «Рядом с художниками» упоминает о неких обстоятельствах гибели Бурэ. Из книги Веры Жосан: (В изоучилище он преподавал графику… Выглядел он аристократично и артистично. Черная бархатная блуза, под ней ослепительно белая рубашка и большой черный бант под шеей. Он очень выделялся своей внешностью среди остальных художников, одетых в повседневное рабочее платье. Работал он постоянно и продуктивно в области графики. В сатирических журналах, «Муштум», пожалуй, по насыщенной остросоциальной злободневности и количеству ему не было равных. В живописи у него были большие холсты с историческими памятниками древности, где очень достоверно и любовно был выписан каждый изразец на их стенах… Художники его работы обходили молчанием. В живописи он воспринимался натуралистом в пору активных поисков нового языка и содержания. Как-то он пригласил художников к себе домой. Был роскошный, обильный, разнообразный и чрезвычайно вкусный стол. Руки жены стремительно мелькали, подавая все новое и новое, мастерски приготовленные кушанья. Жена у него была телеграфисткой. Детей не было… Пили горячительное. Преподавательница химии в училище без конца отбивала «барыню». Л.Л. в середине застолья воскликнул: «Ребята!» Скажите правду: художник я или нет?!» «Ребята» дружно сказали «художник!», зная его ранимость, солгали. Варшам (М.М. –Еремян Варшам Никитич, живописец, график, 1897-1963) заплакал, узнав о неожиданной и трагической при темных обстоятельствах его гибели.

В годы войны «Правда Востока» не приняла к напечатанию обширный текст о его деятельности – некролог, написанный Варшамом: «Фамилия не та», посчитали «немецкая», следовательно, фашистская сейчас. Сама В. Жосан в пометках в своей рукописи о Л.Бурэ оставила нам ёмкую характеристику художника: честность, скромность, искренность в искусстве, работоспособность, злободневность.

Только теперь в выставленных в музее его полотнах благодарный зритель увидит неувядаемую красоту и историческую достоверность древних памятников Самарканда».

История изучения жизни и творчества Л. Бурэ начинается сразу после его смерти. Об этом свидетельствует совместный документ «Об увековечивании памяти скончавшегося заслуженного деятеля искусств УзССР, художника Леона Леонардовича Бурэ» Самаркандского отделения Союза советских художников (Г.Н. Никитин) и Самаркандского отдела Худфонда СССР (М.С. Вогман). Самаркандский областной Исполнительный комитет. На основании этого было вынесено решение Самаркандского обкома КПб /Уз «О поручении Президиуму заказать монографию О.И.Лавровой о жизни и творчестве художника. В целях увековечения памяти создание портрета заслуженного деятеля искусства Л. Бурэ было поручено художнику П.П. Бенькову.

1998-м г. во Франции в городе Лионе была организована выставка, на которой экспонировались достижения прикладного и изобразительного искусства Самаркандского Государственного музея-заповедника. Дебютировали 36 работ небольших размеров этюдного характера кисти Л. Бурэ: «Таджик» (1939), «Купола Шахи-Зинды» (1933), «Чтец Корана» (1939) и т.д. Несколько лет спустя, в 2007 году, при поддержке Посольства Российской Федерации в Республике Узбекистан в Галерее изобразительного искусства Узбекистана была организована выставка к знаменательной дате – 15-летию дипломатических отношений России и Узбекистана. На вернисаже присутствовали живописные полотна мэтров России и Узбекистана реалистического и авангардистского направлений, а это В. Верещагин, Н. Каразин, С. Дудин, Р. Фальк, П. Беньков, З. Ковалевская, М. Бирштейн, А. Волков, Усто Мумин. На экспозиции, кроме композиций с архитектурными пейзажами, также был представлен «Автопортрет», написанный 1908-м г. молодым Л. Бурэ. В 2010-2011 гг. в течение шести месяцев в составе 27 работ живописи коллекции самаркандского музея-заповедника и картины Л. Бурэ находились на выставке в Нидерландах в городе Гронненген.

Творчество художника

Особое место в истории становления искусства живописи в Самарканде первых десятилетий ХХ века принадлежит Л. Бурэ – уроженцу этого древнего города. По словам художника П. Никифорова, Л. Бурэ, «как никто другой из среднеазиатских пейзажистов, передавал голубоватый цвет лессовой почвы в тени». Он избегал шаблонов, находя новые ракурсы в изображении архитектурных памятников. Творчество Л. Бурэ одинаково художественно оригинально во всех жанрах живописи, графики и плакатов. На молодого художника оказал влияние С.М. Дудин, приезжавший в те годы в Самарканд с целью пополнения коллекций этнографического музея в Ленинграде. В его работах запечатлены тихие улочки Самарканда, архитектурные памятники Бухары и Самарканда, этнографические зарисовки людей и их быт. В своих работах «Отдых», «Левый минарет медресе Улугбека» он акцентирует внимание не столько на образах людей, сколько на залитом ярким солнцем пейзаже, очень обобщенно изображая человеческие фигуры.

Медресе Улугбек 1941 год

Медресе Улугбек 1941 год

Л. Бурэ умел передать красоту цветущих деревьев, густую зелень шелковицы по берегам арыков, тенистые сады в окрестностях больших городов. Живописное мастерство и проникновенность вложены во многие произведения Л. Бурэ. Еще до революции пейзажи художника имели грандиозный успех у галеристов и путешественников. Убедительность его работам придавало знание местной жизни и свежий почерк вкупе с академической манерой письма. Яркий тому пример – картина 1913 года «Двор медресе Шир-Дор». Она написана словно эмалевыми красками, которые переливаются на свету. Художник изобразил множество келий, худжр, выходящих арками во двор. В медресе хранились старинные рукописи на персидском и арабском языках, украшенные миниатюрами. Их арабская вязь словно повторяется на барабане купола и на арках столь каллиграфически она выписана художником, что доступна для прочтения. Вот по таким работам Комиссия по охране памятников после замера габаритов могла приступать к реставрации разрушающихся зданий средневековой эпохи.

В 30-е годы Л. Бурэ с семьей едет в Батуми. В этюдах «Батуми» он создает сине-зеленое море, пляж, скалы, пальмы…. Приглушенные небесно-голубой и песочно-солнечный цвета, едва намеченные фигурки людей, барашки волн, всё объединено художником в этом прекрасном и согревающем свете, показано в движении, представляет собой переменчивое и в то же время извечное мгновение. В другом этюде «Батуми, домик Махинжадра. 1930 г.» показаны крыши домиков среди сочной зелени. На переднем плане две пальмы. Картина выполнена в насыщенных и ярких цветах, это привлекает внимание и восхищает.

B 1940-м г. Л. Бурэ создает известную картину «Казнь трех в Бухаре» («Казнь в Бухаре»), написанную на основе детских впечатлений, неизгладимо запавших в душу и, может быть, определивших жизненный путь художника. Зритель видит раскаленную палящим зноем площадь перед бухарским арком. Посредине ее, возле виселицы, происходит казнь преступников. Согнанный народ с ужасом следит за действиями палача, приготовившегося обезглавить одного из осужденных. Другой, уже казненный, лежит на земле, истекая кровью. Последний с ужасом ждет неизбежной гибели. Несмотря на некоторые натуралистические тенденции, которые снижают художественную значимость картины, она является суровым документом о тяжелом феодальном прошлом.

Стремление к этюдной свежести и непосредственности впечатления Л. Бурэ сочетал с известной законченностью, придававшей его этюдам картинность. Прекрасно передав в пейзаже «Полдень у Биби-ханум» (1913) ослепительное полуденное солнце, заливающее типичную среднеазиатскую улицу, художник мастерски замкнул композицию городского пейзажа монументальными очертаниями Биби-ханум на заднем плане. Немногочисленные фигуры людей, занятых своими делами, органически дополняют пейзаж.

Большой выразительности Л. Бурэ достиг в картине «Площадь Регистан» (1917). Сильно вытянутое по горизонтали полотно отличается оригинальным композиционным решением: художник показывает в нем лишь подножие архитектурных памятников. На картине изображена типичная для среднеазиатского города жанровая сценка: бойко идет торговля, беседуют и пьют чай приехавшие на базар дехкане, неторопливо семенят с поклажей ослики. Картина интересна и в цветовом отношении: охристый колорит земли и стен объединяет яркие краски восточного города в единое гармоническое целое26. Эта же охристая гамма, характерная для городов Средней Азии, присуща и послереволюционным пейзажам Л. Бурэ. B них нет внешней красивости, нарочитой яркости, они очень сдержанны и скромны по колориту. Даже в тех случаях, когда художник изображает памятник в упор, когда он ставит перед собой прежде всего познавательные задачи, он уравновешивает яркую бирюзу декора землистым цветом основного строительного материала. Большая правдивость пейзажей Л. Бурэ покоится именно на правильно подмеченных цветовых отношениях, на умении показать предметы в их естественной среде. Есть еще одна особенность в архитектурных пейзажах Л. Бурэ, пленяющая зрителей: умение выбрать мотив. Л. Бурэ редко изображает памятник с фасада. Он предпочитает взглянуть на него сбоку, зайти внутрь, полюбоваться тишиной замкнутого дворика, насладиться яркостью расцветшего весеннего дерева. Ему доставляет удовольствие подниматься по ступеням, заглядывать вглубь проходов и коридоров, останавливаться перед какой-нибудь стеной, сплошь покрытой причудливым узором. Этот свободный выбор точек зрения, обусловливая богатство композиционных решений, помогает художнику создать эмоциональный образ памятника.

Было бы неправильно, однако, определять значение Л. Бурэ в истории изобразительного искусства Узбекистана только как мастера реалистического пейзажа. Об этом говорит политическая и бытовая сатира художника. Интерес к явлениям окружающей социальной действительности пробудился у художника очень рано. Л. Бурэ видел в родном Самарканде не только великолепные памятники старины, но и полную бесправия и нужды жизнь народа.

В живописи он художник-реалист, никогда не менявший своих убеждений. Каждый уголок родного города – это его воспетая песня. В начальном этапе своего творчества и в поисках себя он увлекается больше этнографизмом, традициями и обычаями народа. Об этом свидетельствуют его частые командировки в Бухару, многочисленные этюды с окраин Самарканда в различных вариациях, написанные в период с 1910-го по 1930-е гг. прошлого столетия. Это – «У Ходжа Ахрора» (1909), «Хауз. Старый Самарканд» (1911), «Панорама старого Самарканда лунной ночью» (1914), «Старая Бухара. Улица под куполом», «Старая Бухара. Мешкоп-водонос у хауза», «Старая Бухара. Чор-минор», «Старая Бухара. Мавзолей Исмаила Самани». Все эти композиции небольших размеров, написанные масляными красками, запечатлели красоты архитектуры и исполнены своеобразно, в тёплом колорите. На наш взгляд, в какой-то период Л. Бурэ находился под влиянием В.В. Верещагина, так как в Бухаре он сделал многочисленные этюды к теме композиции «Казнь в Бухаре». Об этом также свидетельствуют письмо-обращение Л. Бурэ в канцелярию эмира Бухарского Саида Алимхана и ответ канцелярии эмира художнику; прилагаются три рисунка, сделанные акварелью: «Улица от арка к зиндану», «Верхнее помещение над подземельем зиндана», «Дорога у зиндана». К большой картине художник готовился тщательно, так как, кроме упомянутых работ, сохранились и живописные полотна небольших размеров, выполненные масляной краской. «Портретный этюд» (1913), «Молитва магометан» (1912) и многие другие картины были написаны для упомянутой композиции. В каждом из этих произведений, изображающих чиновников или рабов, можно уловить сосредоточенность характеров, композиционную завершенность.

Медресе Шер-дор. 1813 год

Медресе Шер-дор. 1813 год

Потрясает реализм городских пейзажей и памятников самаркандской архитектуры в работах Л. Бурэ. На картине «Старый Самарканд. Хауз» изображен водоем, на заднем фоне дувалы и глинобитные дома. Возле воды, в тени высоких чинар, сидит старик в белой чалме. Из-за дувала выглядывает молодой мужчина. Вода темно-зеленого цвета, отражает свет и тени деревьев. Художник создает спокойную композицию, почти лишенную движения. Колорит картины спокойный, затемненный: Л. Бурэ использует оттенки темно-зеленого цвета, чтобы написать деревья и водоем. В другой одноименной картине художник использует бежевые и коричневые тона. На заднем фоне хорошо виден двухэтажный глинобитный дом с айваном. Изображение водоема – хауза на переднем плане картины добавляет умиротворенности пейзажу. Серия картин «Группа мавзолеев Шах-и-Зинда. Общий вид с запада. 1933», «Купол Шах-и-Зинда с запада. Этюд 1933 г.», «Лестница Шахи-и-Зинда.1922 г.», «Купола Шахи-и-Зинды», посвященная комплексу архитектурных сооружений, как бы открывают ансамбль голубых куполов мавзолеев изумительную по тональности сине-голубую палитру красок сплошной панорамы фасадов. Величественная панорама Самарканда, ансамбли его мечетей и минаретов сравнимы разве что с эпическими романами. Отголоски прошлого, его эхо, словно доносящиеся сквозь века, звучат, как великие симфонии времени… Многоликий Самарканд всегда был источником вдохновения для художников. Богатая палитра его архитектурных изразцов многогранна и бесконечна. В серии картин Л. Бурэ «Памятники Самарканда» можно увидеть мозаику Востока и Запада, элементы средневековой миниатюры и авангарда начала века. Над лазурными куполами – изображение синего неба. Сияние звезд в ночном небе отражается в золотых звездах гирихов на архитектурных памятниках. Этот поэтический мир волнует каждого. Окружающие Самарканд горы и степи, сады и цветники, поля и луга, бессмертные старинные памятники города, его узкие улочки и базары – все эти веками отшлифованные образы, краски и формы невозможно описать одному, даже самому гениальному художнику.

Мечеть Хазрат Хизр

Мечеть Хазрат Хизр

В 1920-30-е годы Л. Бурэ занимался графикой, плакатом и гравюрой (литографией). Коллекция графических работ в музее-заповеднике невелика по объёму, менее систематична и целостна, чем его живописное собрание. Но и она обладает своей художественной значимостью в общем музейном комплексе и прекрасно демонстрирует «стиль» художника, где больше внимания уделяется внешнему облику героев, обстановке, костюму, где закономерно изменяются изобразительные средства: на смену аскетизму графических решений с выделением контуров и открытой штриховкой приходит определённая «живописность». Коллекция представляет достаточное разнообразие графических техник, в которых плодотворно работал Л.Бурэ: это акварели, листы, выполненные в смешанной технике, карандашные рисунки, рисунки тушью. В 30-е гг. было создано несколько композиций на религиозные темы в технике литографии. Графические картины художника охватывают разную тематику. В основном это разработка злободневных тем: карикатуры на басмачей, баев, религиозных служителей. На графике «Публичное избиение бухарцев (конституционалистов) керманским беком» (1922 г.) ярко показана сцена прилюдного унижения нескольких обнаженных по пояс мужчин со следами побоев на спине, нанесенными слугами бека. На переднем плане склонившийся в угодливой позе народ. Важная персона в белом халате и чалме изображена сидящей на коне, в чалме воткнутый свиток бумаги, завязанный бечевкой и закрепленный сургучом. Искусно изображен конь черной масти, на нем расшитая попона и налобное с бахромой украшение. В тематике графических изображений Л. Бурэ стремился запечатлеть сюжеты привычным изобразительным языком фактологического отображения. Одна из интересных работ художника –графика «Шахсей-Вахсей», праздник Ашура. На картине изображена религиозная церемония, имитирующая страдания и гибель потомков халифа Али, которая сопровождается самоистязаниями (самобичеванием) и возгласами: «Шах, Хусейн! Вах, Хусейн!» (отсюда название). Эпопея арабских завоеваний положила начало культу «мучеников» –шахидов, павших в войне за веру. В числе культовых построек были машады – мемориальные комплексы над мнимыми могилами, которые становились местом паломничества, важными религиозными центрами в городах и их округе, они играли значительную роль в социально-политической и духовной жизни средневекового общества. Это, например, машад Кусама на Шахи-Зинда. В работе Л. Бурэ эта церемония изображена в графической технике. Видимо, художник наблюдал эту религиозную церемонию в Самарканде в 20-30-е гг. XX века и показал в своей работе историческую действительность. У этнических иранцев, живущих в Самарканде и являющихся шиитами, сохранились некоторые традиционные обряды, в частности при праздновании праздника ашура, несмотря на то, что длительное суннитское окружение максимально сблизило их с обычаями коренных народов – мусульман-суннитов. Исполнение ашури из специальных домов были перенесено в частные дома пожилых верующих иранцев.

Виды искусства, способные «жить» на улицах, в первые годы после революции играли важнейшую роль в «формировании общественного и эстетического сознания революционного народа». Поэтому наряду с монументальной скульптурой самое активное развитие получил политический плакат. Он оказался самым мобильным и оперативным видом искусства в 20-30-е гг. XX века. Это плакаты, сделанные по трафарету, раскрашенные от руки, и со стихотворными надписями на злобу дня. Они сыграли огромную роль в политической пропаганде и стали новой образной формой. Немаловажную роль в создании плакатов Бурэ сыграло сотрудничество в журнале Совпрома и Главсоцстраха «Труд» и отчасти в газетах «Кызыл Узбекистан» и «Правда Востока». В это время он создал ряд политических плакатов: «Союз рабочего, бедняка с середняком», «О пользе хранения в труд. сберкассе (б/п)», «Борьба со спекуляцией путем сдачи зерна госкооперации», «За грамотность, культуру и новый быт», «Ликвидация неграмотности≫ и другие. Несколько графических работ Л. Бурэ, среди них также рисунки карандашом, посвящены военной тематике: это «Позорный заслон нацистских храбрецов», «Сдавая продукт государству – ты разбиваешь оружие врага», «Бьет по врагу» (1941 г.).

Леон Бурэ любил писать с натуры декор памятников, много времени он проводил в работе над зарисовками мозаичных орнаментов. Среди его работ можно встретить выполненные акварелью изящные рисунки мозаичных панно с медресе Шир-Дор, Тилля-Кари и Улугбека, роспись потолочных фризов и балок мечетей и бань. Приток европейцев, их интерес к памятникам имел и свои отрицательные стороны. Началось активное растаскивание декоративной облицовки туристами, русскими чиновными лицами, любителями старины, иностранцами и муллами. В лучшем случае изразцы попадали в руки знатоков или в музеи, часто они терялись, увозились за границу. Уже во время неоднократных поездок С.М. Дудина особенно заметны были опустошения, происходившие на памятнике. Исследователь замечает, что изразцы давно предмет бойкой торговли. И сохранившиеся рисунки работ Л. Бурэ показывают детали того существовавшего архитектурного декора, которые, возможно, к настоящему времени были утеряны.

В заключение следует отметить, что в работах Леона Бурэ прослеживается освоение художником новых живописно-пластических принципов, решение пространства картины в ярком колористическом ключе. Реставрация и последующее экспонирование этих картин позволят по-новому оценить вклад Л. Бурэ в формирование национальной художественной школы Узбекистана начала XX в.

Рахим Каюмов, заведующий научно-практического музея-лаборатории СамГУ.

«Samcity.uz»

Подробнее ...

Дирекция эксплуатации трамвайных линий в Самарканде присвоила 1 млрд 258,3 млн сумов

Самаркандским областным управлением Департамента по борьбе с экономическими преступлениями при Генеральной прокуратуре и сотрудниками Службы государственной безопасности проводилось расследование на основе собранных документов по делу ГП «Дирекция по эксплуатации трамвайных линий». По фактам хищения и отмывания денег было возбуждено уголовное дело, сообщает издание «Зарафшон» со ссылкой на пресс-службу управления.

Согласно сообщению, выявлено, что в 2017-2019 годах должностные лица ГП «Дирекция по эксплуатации трамвайных линий» Самарканда в ходе сговора потратили на командировки 74,6 млн сумов.

Кроме того, 235,8 млн. сумов были необоснованно добавлены к заработной плате сотрудников, а 112,3 млн. сумов, полученных в банке для выплаты заработной платы, не были выплачены сотрудникам.

А также, было выявлено, что должностные лица потратили 137 млн. сумов на выплаты по контрактам и другие расходы для лиц, не являющихся сотрудниками. На материальную помощь другим предприятиям было направлено 62,5 млн. сумов, а с корпоративной карты предприятия – незаконно снято 636,1 тыс. сумов.

В общей сложности было расхищено и растрачено 1 млрд 258,3 млн сумов.

Кроме того, сообщается, что сотрудники ГП «Дирекция по эксплуатации трамвайных линий» перечислили 232,4 млн. сумов в ООО «М.Д.Б.» и приобрели 3-комнатную квартиру по улице Аль-Хорезми в Самарканде. То есть легализовали доходы полученные от преступной деятельности.

В отношении должностных лиц ГП «Дирекция по эксплуатации трамвайных линий» было возбуждено Уголовное дело по части 3 статьи 167 (а) и статье 243 Уголовного кодекса Республики Узбекистан.

«Samcity.uz»

Подробнее ...

С 5 сентября вновь смягчаются карантинные меры: полный список

Согласно решению Специальной республиканской комиссии по борьбе с коронавирусом с 5 сентября возобновляется работа ряда видов деятельности.

Возобновляется работа предприятий общественного питания (рестораны, кафе, чайханы).

При этом необходимо соблюдать следующие требования:

  • не допускается проведение банкетов и других публичных мероприятий;
  • дистанция между столами должна составлять не менее 2 м;
  • размещение посетителей за столом в количестве не более 4 человек (за исключением членов семьи);
  • персонал должен носить медицинские маски и перчатки;
  • проводить чистку поверхности стола и других принадлежностей дезинфицирующими средствами после каждого посетителя;
  • установка дезинфицирующего оборудования (ультрафиолетовые лампы и др.) в зданиях и помещениях, а также в системе вентиляции воздуха.

Разрешается деятельность культурно-развлекательных объектов (театры и кинотеатры).

При этом необходимо соблюдать следующие требования:

  • установка дезинфицирующего оборудования (ультрафиолетовые лампы и др.) в системе вентиляции воздуха;
  • размещение посетителей с соблюдением социальной дистанции и в медицинской маске (при необходимости обеспечение бесплатной замены маски, если мероприятие длится более 2 часов);
  • оснащение входов и выходов пирометрами, дезинфицирующими «ковриками», антисептиками, измерение температуры тела каждого посетителя на входе, не допущение посетителей с температурой тела 37 градусов и выше или с симптомами заболевания;
  • очищение поверхности сидений и другого оборудования дезинфицирующими средствами после каждого сеанса;
  • наличие у персонала медицинских масок и перчаток.

Разрешается деятельность аттракционов в парках.

При этом необходимо соблюдать следующие требования:

  • обеспечение социальной дистанции в очередях между посетителями;
  • очистка поверхностей аттракционов дезинфицирующими средствами каждый час или после каждого использования;
  • социальная дистанция при использовании аттракционов;
  • наличие у персонала медицинских масок и перчаток;
  • установка дезинфицирующего оборудования (ультрафиолетовые лампы и др.) в системе вентиляции воздуха;

Возобновляется проведение религиозных служб в пятницу, субботу и воскресенье в религиозных организациях.

При этом необходимо соблюдать следующие требования:

  • обеспечение социальной дистанции между посетителями для совместной молитвы;
  • наличие у персонала и посетителей медицинских масок;
  • проведение ежедневной дезинфекции в религиозных организациях;
  • оснащение входов и выходов пирометрами, дезинфицирующими «ковриками», антисептиками;
  • установка дезинфицирующего оборудования (ультрафиолетовые лампы и др.) в системе вентиляции воздуха;
  • не допускаются посетители с температурой тела 37 градусов и выше или с симптомами заболевания;

Кроме того, в соответствии с мнениями родителей и предложениями местных Советов депутатов с 5 сентября разрешается возобновить деятельность дошкольных образовательных учреждений и общеобразовательных школ в традиционной и дистанционной форме.

При этом должны соблюдаться следующие санитарные требования:

  • постоянный контроль состояния здоровья сотрудников и детей (регулярное измерение температуры тела), не допущение сотрудников и детей с температурой тела 37 градусов и выше или с симптомами заболевания;
  • сотрудники должны носить медицинские маски и соблюдать социальную дистанцию;
  • строгое соблюдение санитарно-гигиенических и дезинфекционных требований, постоянная дезинфекция помещений здания, оснащение входов и выходов пирометрами, антисептиками и дезинфицирующими «ковриками».

«Samcity.uz»

Подробнее ...

В Самарканде награждены ветераны труда

  • Опубликовано в Город

В Самарканде группе представителей старшего поколения и ветеранов труда торжественно вручены нагрудные знаки «Мехнат фахрийси». Мероприятие в честь 29-летия независимости нашей Родины прошло в гостинице «Regal Palace».

На мероприятии хоким Самаркандской области Эркинжон Турдимов поздравил ветеранов труда с праздником и отметил роль старшего поколения в социально-экономическом развитии, развитии сферы образования, культуры и в воспитании подрастающего поколения.

В этом году почетного знака удостоены 30 ветеранов из Самаркандской области. На мероприятии нагрудные знаки “Мехнат фахрийси” I, II, III степени торжественно были вручены своим обладателям.

1 - степени

1.

Алиев Заир

1949 г.р., стаж 45 лет

2.

Бобомурадов Салохиддин

1948 г.р., стаж 45 лет

3.

Каримов Икрам

1947 г.р., стаж 50 лет

4.

Мухиддинов Амритдин

1946 г.р., стаж 57 лет

5.

Усманкулов Облакул

1938 г.р., стаж 52 лет

6.

Хидиров Баходир Нарзуллаевич

1946 г.р., стаж 52 лет

7.

Хусанов Санакул

1942 г.р., стаж 54 лет

8.

Абдуллаев Раджаб

1935 г.р., стаж 63 лет

9.

Нарматов Соатмурат

1951 г.р., стаж 52 лет

10.

Хаджаев Еркин Норматович

1939 г.р., стаж 53 лет

2 - степени

11.

Аскаров Куддуз

1951 г.р., стаж 39 лет

12.

Кайзер Наталья Филипповна

1953 г.р., стаж 43 лет

13.

Исроилов Жамол Ибрагимович

1953 г.р., стаж 41 лет

14.

Мусурманов Ешпўлат

1938 г.р., стаж 41 лет

15.

Набиев Даврон

1948 г.р., стаж 41 лет

16.

Умаров Исматулло Абдугаффарович

1949 г.р., стаж 40 лет

17.

Усмонов Рустам

1952 г.р., стаж 47 лет

18.

Хамрокулов Рахмонкул

1952 г.р., стаж 39 лет

19.

Ешмирзаев Нурлибай

1933 г.р., стаж 42 лет

20.

Инаятова Анзурат

1939 г.р., стаж 45 лет

3 - степени

21.

Абдиева Тамара Зиётовна

1953 г.р., стаж 39 лет

22.

Бабаджанова Рахима Намазовна

1951 г.р., стаж 40 лет

23.

Бобомуродов Парда Ибрагимович

1947 г.р., стаж 41 лет

24.

Зиёев Абдузохир

1947 г.р., стаж 44 лет

25.

Валиев Абдурахмон Мирзаевич

1960 г.р., стаж 36 лет

26.

Вопаева Шарофат

1952 г.р., стаж 43 лет

27.

Маматов Бозарбой

1945 г.р., стаж 48 лет

28.

Насиров Саит

1948 г.р., стаж 38 лет

29.

Турганов Каемберди

1949 г.р., стаж 39 лет

30.

Ерназаров Аблакул

1953 г.р., стаж 38 лет

В Самарканде награждены ветераны труда

Напомним, этим нагрудным знаком, учрежденным главой нашего государства Шавкатом Мирзиёевым, награждаются соотечественники пенсионного возраста за многолетний добросовестный и плодотворный труд в сфере экономики, производства, науки, культуры, образования, здравоохранения, юриспруденции и в других отраслях страны, а также неработающие матери, посвятившие жизнь делу сохранения крепкой семьи, снискавшие уважение в обществе и воспитавшие детей в духе ответственности перед обществом, уважения к старшему и младшему поколению, национальным и общечеловеческим ценностям, любви к Родине, преданности идеям независимости.

«Samcity.uz»

Подробнее ...